Хрупкая Надежда

Два года назад, 22 ноября 2007 года, в подмосковном Серпухове был жестоко избит нацбол Юрий Червочкин. Через 18 дней, 10 декабря, он скончался в НИИ нейрохирургии имени Бурденко, не приходя в сознание. За истекшие два года убийцы оппозиционера так и не были найдены.

В этом деле есть одно обстоятельство, которое в любом другом случае ускорило бы ход расследования:

за час до нападения Червочкин звонил в редакцию сайта Каспаров.Ru, чтобы сообщить, что за ним следят четверо сотрудников подмосковного УБОПа.

Он хорошо знал этих людей, потому что они не раз принимали участие в его задержании. Однако версия о причастности убоповцев к избиению нацбола так и не была проверена. Мало того, один из этих людей, который неоднократно задерживал Червочкина, Алексей Окопный, теперь работает в Москве и регулярно посещает различные оппозиционные акции.

Следователь Олег Целипоткин, который первым расследовал дело об убийстве Юрия Червочкина, сразу заявил матери погибшего: "Не старайся, не найдешь". С тех пор дело приостанавливали, возбуждали, передавали из района в район и опять приостанавливали. За это время с требованием найти и наказать виновных в убийстве оппозиционера выступили как российские, так и международные правозащитные организации, однако эти голоса не были услышаны.

21 ноября 2009 года мать Юрия Надежда Червочкина приехала из Серпухова в Москву, чтобы провести одиночный пикет у здания Следственного комитета при прокуратуре России по Московской области. Два года эта хрупкая женщина, приковавшая себя в этот день к ограде СКП на холодном ноябрьском ветру, требует одного: найти и наказать убийц ее сына.

14 октября 2009 года дело об убийстве Червочкина было приостановлено в четвертый раз.

Надежда Червочкина простояла с портретом сына у ворот СКП час. Сотрудники милиции, по всей видимости, уже собирались ее задержать, однако услышали, как она говорила по телефону, что снимает пикет, и решили ее не трогать. После этой акции мне удалось на бегу узнать у Надежды Червочкиной, в каком состоянии находится расследование дела об убийстве ее сына.

— Я вчера звонила следователю Владимиру Соловьеву, однако он отказался со мной общаться.

— Вам известно, по какой причине?

— Он сказал, что я со своими притязаниями ему надоела, заявил, что все уже мне сказал. А сказал мне Соловьев следующее: "Дело это не может быть расследовано в обычном порядке с проведением следственных действий". По его словам, нужно просто ждать поступления оперативной информации, которая может поступить, а может и не поступить. Следователь даже привел мне пример: якобы недавно у них было раскрыто дело, которое лежало 13 лет, потому что по чистой случайности сейчас с оперативной информацией вышли на преступников.

Следователь мне предлагает тоже вести себя тихо, не устраивать никакие акции, иначе, по его словам, я могу "спугнуть" эту оперативную информацию.

— То есть вы даже не знаете, расследуется ли дело сейчас?

— По телефону Соловьев мне сказал, что выслал официальную бумагу. Я попросила его процитировать по телефону содержание этой бумаги, однако он отказался: "Дождитесь, когда придет по почте". Жду.

Дело в том, что от следователя мне приходят только письма о том, что дело либо приостановлено, либо возбуждено и опять приостановлено. По моей информации на 14 октября, оно приостановлено в четвертый раз. Что мне выслал на этот раз Соловьев, я не знаю.

Раньше, когда следователь не отказывался со мной говорить, он намекнул мне, что, по оперативной информации, к этому делу причастны люди в погонах, однако то, что случилось с Юрой, произошло неумышленно. Просто передернули их указания. И теперь дело долгих месяцев, чтобы найти доказательства и раскрутить это все, а я должна вести себя тихо, чтобы не спугнуть этих самых людей в погонах.

На это я ему ответила, что если давали указания люди в погонах, то они должны эти погоны снять. Если это честные люди. А если они бесчестные, то не должны работать в органах. Вот такая у нас страна.

***

И она ушла — встречаться с адвокатами и правозащитниками, писать письма и жалобы, на которые автоматически будет отвечать равнодушный клерк, "надоедать" следователю и стоять в пикетах с портретом сына. А в это время на акциях оппозиции, все также ухмыляясь, будут появляться алексеи окопные. Вот такая у нас страна.

Анастасия Аксенова