Политоэзия

С тем, что нынче царица наук — политология, спорить не буду.

А поэзия — это так — либо архаика, либо, если уж для души, то, типа, "Мурку давай", а для натур совсем эстетически утончённых — Бродский-Высоцкий, что, в сущности, все та же "Мурка".

Во всяком случае абсолютное большинство серьёзных людей надёжного инструмента познания мира в поэзии сегодня наверняка не видят.

К тому же кому охота морочить себе голову вопросом о том, где поэзия, а где, извините, лжепоэзия, хотя вопросом, где политология, а где лжеполитология, так или иначе, а задаваться приходится.

И все же позволю себе обратиться к классической русской поэзии, чтобы понять, что именно происходит в России именно сейчас, и каково её ближайшее будущее.

Нет, то, что современное состояние общества абсолютно адекватно отражают стихи Пушкина, Лермонтова, Некрасова, затрагивающие социальную тематику — это понятно.

Я говорю о совершенно конкретном анализе текущих событий, таких, как, скажем, жесткий разгон силовыми структурами массовой молодёжной акции протеста.

Вот, например, стихи, написанные Константином Бальмонтом после разгона полицией и войсками студенческой демонстрации у Казанского собора в Петербурге:

То было в Турции, где совесть — вещь пустая,
Там царствуют кулак, нагайка, ятаган,
Два-три нуля, четыре негодяя
И глупый маленький султан.

Во имя вольности, и веры, и науки
Там как-то собрались ревнители идей,
Но сильных грубостью размашистых плетей
На них нахлынули толпы башибузуков.

Они рассеялись... И вот их больше нет;
Но тайно собрались изгнанники с поэтом.
"Как выйти, — говорят, — из этих темных бед, –
Ответствуй нам, певец, не поскупись советом!"
И он собравшимся, подумав, так сказал:
"Кто может говорить, пусть дух в нем словом дышит,
И если кто не глух, пускай то слово слышит,
А если нет — кинжал.

Что еще неясно?

Много ли надежд остаётся в нынешней России на мирную смену режима?

Приведенные стихи написаны поэтом в марте 1901 года.

Думаете, поэт был менее адекватен, говоря о будущем ходе развития событий в России, чем лучшие политологи тех времён?

Только трудно представить себе, что приходит к царю преданный ему всей душой царедворец с этими стихами и предлагает прислушаться к ним, иначе, мол, на кинжал нарвёмся.

Почему трудно?

Ну, я не знаю.

Будь я царедворцем, тоже, может быть, с хвалебной и высокоидейно-патриотической одой предпочел бы к венценосцу подойти: себе точно не навредишь, а что до политического анализа текущего момента, то уж лучше к царю с докладной запиской от признанных экспертов явиться, чем со стихами.

Вспоминаю слёзы известной части советской интеллигенции, проливаемые на кухнях отстойных семидесятых по случаю убийства кровавыми большевиками "царя-праведника".

А за семьдесят лет до их идеализаций, инспирированных во многом КГБ, поэт характеризует этого, ставшего милым сердцу честных советских служащих, императора не как "царя-праведника". Еще послушаем Бальмонта? Давайте. Вот, ставшие хрестоматийными, стихи, написанные в 1906 году:

НАШ ЦАРЬ

Наш царь — Мукден, наш царь — Цусима,
Наш царь — кровавое пятно,
Зловонье пороха и дыма,
В котором разуму — темно...

Наш царь — убожество слепое,
Тюрьма и кнут, подсуд, расстрел,
Царь-висельник, тем низкий вдвое,
Что обещал, но дать не смел.

Он трус, он чувствует с запинкой,
Но будет, час расплаты ждёт.
Кто начал царствовать — Ходынкой,
Тот кончит — встав на эшафот.

Это, наверное, его Ленин со Свердловым надоумили такое идейно-вредное насочинять.

Или, все же, что-то другое?

Нечто близкое к истине?

Или, как формулировал Иосиф Бродский: "Я думаю, что это (поэтический дар) от Бога"?

Поэзия или лжепоэзия эти стихи Бальмонта, равно как то, имеют они отношение к нашему времени, или нет — решайте сами.

А для меня — это и поэзия, и сегодняшний день: что про кинжал, что про царя.

Пётр Межурицкий