Как мы пытались продолжить без Сахарова его дело

К 100-летию со дня рождения Андрея Сахарова (21.05.1921 - 14.12.1989).

21-25 мая 1991 года в Москве состоялся I Международный конгресс памяти Андрея Сахарова "Мир, прогресс, права человека" .

В его подготовке и проведении я участвовал с 1.04.1990 в должности и.о. исполнительного директора Оргкомитета Конгресса, а с 27.09.1990 в должности исполнительного директора Оргкомитета Конгресса. Председателем Оргкомитета Конгресса была Елена Георгиевна Боннэр. Сотрудников в Оргкомитете было в период подготовки Конгресса всего два – штатный Саша Гольдин, сотрудник Фонда Сахарова и ответственный секретарь Оргкомитета, геолог, со знанием английского и, видимо, внештатный, журналист Костя Смирнов, сотрудник "Огонька", заместитель исполнительного директора Оргкомитета. В его кабинете в "Огонька", я напечатал много документов оргкомитета.

Идея, замысел, организация и задачи этого Конгресса были очень нетривиальны и непросты.

О целях Конгресса и о том, как он готовится рассказывалось в статье "Памяти Андрея Сахарова" председателя оргкомитета Конгресса Елены Боннэр и исполнительного директора оргкомитета Юрия Самодурова , которую 4 ноября 1990 года опубликовала газета "Московские новости" .

Хочу привести ключевую цитату из этой статьи:

"Две рабочие темы конгресса: СССР и страны Восточной Европы на пути от тоталитаризма к правовому государству (координатор темы профессор Леон Липсон) и последствия чернобыльской катастрофы в СССР и мире и будущее ядерной энергетики (координатор темы профессор Ричард Вильсон).

По намеченным темам будут проведены "круглые столы", обсуждения и дискуссии в секциях. Результатом этой работы должны быть рекомендательные документы, адресованные правительствам и организациям, от которых зависит решение поставленных проблем. Мы не можем требовать от них принятия решений по нашим рекомендациям, но надеемся на последующее заинтересованное и гласное обсуждение.

Мы надеемся, что участники конгресса повторят то, что многие годы делал Андрей Дмитриевич в одиночку, вне зависимости от обстоятельств, личных интересов или моды, - бесстрашно говорил правду, всю правду и только правду. Таким образом мы хотим, чтобы конгресс стал не просто данью уважения к памяти Андрея Сахарова – гражданина и ученого, но и рабочим органом, помогающим решению острых проблем современности".

На открытии и на пленарных заседаниях Конгресса, а также на "круглых" столах на сцене присутствовали много известных лиц – президент Португалии Марио Соареш, историк Роберт Конвекст, автор знаменитый книги "Большой террор" за чтение которой в СССР преследовали (Великобритания), член английского парламента баронесса Каролина Кокс, литературовед и славист Витторио Страда (Италия), один из основателей польского комитета защиты рабочих KOR и "Солидарности", член Сената Польши Збигнев Ромашевский, профессор ядерщик, физик Ричард Вильсон (США), профессор правовед Леон Липсон (США), основатель МХГ Юрий Орлов, депутат I Съезда народных депутатов CCCР Людмила Арутюнян, академики Татьяна Заславская и Юрий Рыжов, Елена Боннэр.

Среди экспертов и руководителей секций готовивших рекомендации были очень интересные люди, некоторых я знал или слышал о них раньше: Эрнест Орловский, Сергей Ковалев, политолог и активист движения за права человека Питер Реддуэй (США), физик Франтишек Яноух (Швеция). Одним из почетных гостей был американец Эдвард Кляйн, друг Сахарова и Боннэр и многих советских диссидентов, много и бескорыстно им помогавший (один из первых американцев которых я впоследствии близко узнал и благодаря которому узнал и поверил что США нормальная страна, которой не нужно бояться и в которой масса замечательных людей).

I Конгресс памяти Сахарова был попыткой осуществления предложенной мной и поддержанной Еленой Боннэр идеи развития и институционализации новых для политики общественно-политических отношений, нацеленных на решение задачи повышения эффективности работы власти, в отличии от отношений направленных на завоевание власти, к которой стремятся и в которой прежде всего заинтересованы политические партии.

Мы тогда хотели, - и это было идеализмом, но не глупостью и не наивностью, - чтобы власти разных уровней взяли на себя обязательство добровольно отвечать на замечания и предложения людей, которым как Сахарову доверяет значительная часть населения страны, или какого-то города, села, области.

Если Конгресс будет успешным, мы надеялись реализовать эту идею и в дальнейшем посредством специалистов-экспертов, которым, во-первых, доверяют значительная часть населения (что можно установить опросами), а во-вторых, не участвующих во внутрипартийной и партийной борьбе за власть и не скованных, как никогда не был скован Сахаров партийными установками, партийной дисциплиной, партийными ограничениями и партийной цензурой в своих выступлениях.

Фактически речь шла о продолжении насколько это возможно того, что делал и как выступал в обществе Сахаров. В качестве примера людей, которых знали и которым в то время доверяли массы и которые выступали в печати в личном качестве, а не от имени партий и не в роли партийных функционеров могу назвать помимо Сахарова публициста Юрия Дмитриевича Черниченко и ученого Владимира Емельянова, писавших об отношении государства к крестьянскому труду, Владимира Тихонова, который писал об отношении государства к кооперативным производителям потребительских товаров, Дмитрия Сергеевича Лихачева, который был авторитетом в гуманитарной культуре.

Формально говоря I Конгресс памяти Сахарова 21-25 мая в Москве прошел очень успешно. Приглашенные координаторами тем и оргкомитетом для участия в Конгрессе несколько зарубежных и российских ученых-экспертов, ставшие руководителями семи секций Конгресса, заранее подготовили доклады и рекомендации по проблемам возглавляемых ими секций по двум главным направлениям (темам) работы Конгресса.

Темы эти определила Елена Боннэр: "СССР и страны Восточной Европы на пути от тоталитаризма к демократии" и "Глобальные последствия Чернобыльской катастрофы . Прошлое, настоящее, будущее атомной энергетики".

Координаторы подготовки экспертами рекомендаций по первой теме профессор Леон Липсон (США ) и второй темы - профессор Ричард Вильсон (США, Гарвардский университет) , более или менее успешно выполнили свою роль (особенно четко работали эксперты по второй теме)...

Выбранные координаторами руководители секций, приехали в Москву уже с более менее подготовленными рекомендациями, затем в течение двух дней обсудили и уточнили эти рекомендации с приглашенными руководителями секций и нами российскими специалистами-консультантами.

На заключительном пленарном заседании в гостинице Россия руководители семи секций обнародовали рекомендации подготовленные в их экспертных группах. Эти рекомендации подписанные выработавшими их лицами были немедленно опубликованы нами в брошюрках (у меня сохранились к сожалению только по одной брошюре по двум темам Конгресса и то только на английском) и затем посланы Оргкомитетом руководству 62 советских министерств и ведомств от которых зависело решение обсуждавшихся на секциях проблем с учетом предложенных экспертами и консультантами Конгресса рекомендаций.

И в результате всей этой громадной работы мы получили всего 8 ответов, из них только два по существу и серьезных.

К сожалению, идея создании в стране – на федеральном и региональном уровнях, в городах и поселках, - институционализированного публичного диалога властей с пользующимися доверием населения специалистами, не участвующими в ожесточенной межпартийной и внутрипартийной борьбе за власть, на публичные вопросы, замечания и предложения которых демократические власти по нашему замыслу должны были добровольно взять на себя обязательство публично отвечать, не осуществилась и не получила развитие.

И мне до сих пор этого жаль! До сих пор считаю эту идею перспективной и важной .

Полагаю, что наряду с политическими партиями и лидерами участвующими в выборах, для которых борьба за власть неизбежно и поневоле преобладает над стремлением к эффективности работы органов государственной власти, в качестве дополняющего институт выборов должен существовать институционализированный "режим" возможности публичных вопросов поступающих властям от специалистов-экспертов, не связанных партийной и иной цензурой и самоцензурой и которым доверяет население, с обязательством властей публично отвечать на их вопросы и предложения.

Эта идея была сначала предложена мной в разговоре с Еленой Боннэр и поддержана ей и затем высказана, обоснована и развита мной в докладе "L eredita di Sacharov" (Наследие Сахарова) прочитанном мной по русски на Сахаровском симпозиуме в Падуе 7 декабря 1990 года, он опубликован в брошюре симпозиума на итальянском языке.

В этом симпозиуме участвовали много замечательных людей , его организаторами были итальянский физик Lorenzo Fellin, Андрей Пирлик, а из нашей страны на симпозиуме выступили Владимир Ступишин, Анатолий Собчак, Геннадий Жаворонков, Аркадий Мурашев, Юрий Карякин, Борис Болотовский, Юрий Самодуров, Глеб Якунин , Елена Боннэр, кроме того выступили Ирина Альберти и Витторио Страда (в ум которого я почти влюбился), их доклады тоже опубликованы в этой брошюре, а режиссер Владимир Синельников представил и показал на симпозиуме свой фильм о Сахарове.

Подготовленный мной для симпозиума в Падуе доклад был опубликован 10 декабря 1990 года в виде статьи "Продолжить дело Сахарова" в замечательно интересной в то время газете "Вечерняя Казань" , а 14 декабря 1990 года в газете "Русская мысль" в Париже под названием "Наследие Сахарова".

На память о I Международном Конгрессе памяти Андрея Сахарова у всех его участников и гостей осталась выпущенная Фондом Сахарова к началу конгресса памятная медаль. Ее макет выполнил по своей инициативе и привез показать в Москву Елене Боннэр и мне питерский художник-медальер Ремир Харитонов. Тираж (притом громадный – несколько тысяч экземпляров) изготовил по нашему заказу Ленинградский монетный двор, располагавшийся тогда в Петропавловской крепости, куда я ездил подписать договор.

Фотографий конгресса у меня сохранилось всего три, помещаю их здесь вместе с фотографиями брошюр с рекомендациями Конгресса и фотографии обеих сторон его памятной медали.

Юрий Самодуров

Facebook

! Орфография и стилистика автора сохранены