1. Страна отступает не в первый раз. Уже в 2020 году был очевиден аналог с Александропольским договором столетней давности, который означал признание потери Карса и горы Арарат. Условия этого тяжелого для Армении мира, заключенного еще правительством Первой республики, были затем фактически подтверждены Московским и Карсским договорами 1921 года, подписанными уже при советской власти. Арарат остается на гербе Армении (как и во времена и Первой республики, и Армянской ССР), но речь шла об истории и мечте – сложившихся геополитических реалий это не меняло.
2. Конфликты могут прекращаться с помощью компромиссов, которые не устраивают в полной мере ни одну из сторон (на то они и компромиссы) – их сторонников легко и имиджево выигрышно обвинить в предательстве. Если компромиссов достичь не удастся, повышается вероятность одностороннего решения.
В ситуации с Нагорным Карабахом шанс на компромисс был упущен в 1998 году, когда большинство армянского общества не согласилось с позицией Левона Тер-Петросяна, который в результате лишился поста президента.
Дальше нефтяной Азербайджан при поддержке Турции только усиливался, а позиции Армении слабели.
3. "Замороженные" конфликты могут со временем размораживаться в результате игры вдолгую. В конце 80-х – начале 90-х годов долгосрочное планирование было невозможно – и все заинтересованные стороны действовали, исходя из текущих интересов. При Гейдаре Алиеве Азербайджан стал играть вдолгую, тогда как Армения продолжала действовать по инерции, заложенной в первые, успешные для нее, годы карабахского конфликта (тем более, что к власти после свержения Тер-Петросяна пришли его непосредственные участники).
4. Сейчас в Армении столкнулись два нарратива – "виноват Пашинян" и "виновата Россия". Между ними есть разница. Пашинян "обновил" легитимность, выиграв выборы после проигранной войны 2020 года. Тогда общество не захотело мобилизовываться – и оно до сих пор находится в стадии демобилизации, что облегчает задачу Пашиняна. Оппозиция не может предложить реальной альтернативы, потому что воевать за Карабах мало кто хочет.
"Антипашиняновский" нарратив может сработать в будущем, но сейчас его возможности ограничены – тем более, что в исторической памяти действия Пашиняна сопрягаются с драмой лидеров Первой республики, принявших тяжелое и вынужденное решение.
А вот "антироссийский" нарратив связан не только с завышенными эмоциональными ожиданиями, но и с внешним фактором - и вызывает в памяти договоренность РСФСР и кемалистской Турции. И сейчас он действует сильнее.
5. Запад не спас Первую республику в 1920 году, когда были надежды на Вудро Вильсона, которому, однако, пришлось отбиваться от мощного изоляционистского лобби, которое не хотело вмешательства США в какие-либо конфликты в Евразии. Запад не спас Карабах и сейчас – и из-за отсутствия реальных возможностей, и из-за отношений с Турцией (союзником западных стран по НАТО) и нефтяным Азербайджаном.
Но при всех аналогиях с 1920 годом есть принципиальная разница. В 1920 году будущее региона определяли Ленин и Ататюрк, у которых была военная сила и ситуативно совпавшие интересы. Первая республика не только потерпела поражение от кемалистов, но и не могла ничего противопоставить Красной армии. Запад сосредоточился на выстраивании "санитарного кордона" на западной границе будущего СССР.
Сейчас же западные страны остаются активными игроками на Южном Кавказе – и вопрос в том, какой уровень интеграции они могут предложить Армении в случае официального признания Азербайджаном ее "советских" границ.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
