Очередной признак ослабления позиций Ирана

На прошлой неделе президентом Ливана стал генерал Жозеф Аун, поддержанный США, Францией, Саудовской Аравией. Две шиитские партии – "Хезболла" и "Амаль" - проголосовали за его кандидатуру, но крайне неохотно, со второго раза. И явно рассчитывая на то, что кандидатура премьера (а он по квоте должен быть мусульманином-суннитом) будет с ними согласована. По принципу cohabitation ("сосуществования"), известного из истории французской политики, когда президент и премьер принадлежат к разным политическим силам.

"Хезболлу" устраивал премьер Наджиб Микати, в правительстве которого она была формально представлена довольно скромно (двумя второстепенными министрами – труда и общественных работ), но ее реальное влияние было существенно больше. Сразу после избрания президентом Жозефа Ауна была распространена информация, что у Микати хорошие шансы сохранить свой пост – коалиция поддерживавших его депутатов с участием "Хезболлы", "Амаль" и христианского Свободного патриотического движения (СПД), основанного предыдущим президентом Мишелем Ауном, выглядела внушительной основой, к которой присоединялись и другие партии.

И вдруг СПД, которая не голосовала за Жозефа Ауна, неожиданно поддержала другого кандидата - Навафа Салама. Он выходец из известной ливанской суннитской семьи, его отец и брат были премьер-министрами. В то же время сам Наваф Салам никогда не был министром или депутатом – профессор права, дипломат (многолетний постоянный представитель Ливана в ООН), он с 2018 года является судьей Международного суда ООН, а в феврале прошлого года стал его председателем. Салам был дистанцирован и от сирийского режима Башара Асада, и от "Хезболлы" - и его кандидатура шиитов явно не устраивает.

Ливанские СМИ утверждают, что лидер СПД Джебран Басиль (зять Мишеля Ауна) отказался от союза с "Хезболлой" под влиянием Франции. Отметим, что Басиль еще со времен первого президентства Дональда Трампа находится под американскими санкциями – и он может быть заинтересован в их снятии.

"Хезболла" заявляет о перевороте. На первый взгляд, это выглядит странным, так как речь идет о парламентской комбинации. И "сосуществование" в ливанской политике в последние годы имело место в 2016-2019 годах (президент Мишель Аун и премьер Саад Харири), а затем его не было – так что оно совсем не обязательно.

Но есть важный момент – квоты в ливанской политике (в том числе в парламенте) существуют на основе последней по времени переписи населения, которая прошла в 1932 году – еще во время французского мандата. Тогда более половины (53,7%) населения были христианами и 45,3% - мусульманами (еще один процент составляли адепты других религий). С тех пор многое изменилось, немалая часть христиан эмигрировала от гражданской войны, национальный баланс стал иным. По оценкам, около 60% населения составляют мусульмане и около 40% - христиане.

Шиитов в стране более четверти, и их число увеличивается. Но ни один ливанский президент (по квоте христианин-маронит) не соглашался на проведение новой переписи, результаты которой заведомо ущемят интересы его общины, так как приведут к перераспределению квот. Поэтому расстановка сил в сирийской политике отражает реалии столетней давности. И сейчас возникает вопрос – будут ли представлены в новом правительстве интересы четверти (минимум) населения страны, причем вооруженной (христианские милиции, сыгравшие ключевую роль в гражданской войне, разоружил еще Хафез Асад, выполняя неформальную роль протектора Ливана).

Ну и, конечно, связка Жозеф Аун – Наваф Салам – это очередной признак ослабления позиций Ирана на Ближнем Востоке. Впрочем, его масштаб будет ясен после формирования правительства. И, главное, удастся ли новым властям разоружить "Хезболлу" - механизмов этого пока не видно. Ливанская армия слишком слаба, хотя ее сейчас накачивают ресурсами. Не приглашать же для выполнения данной миссии нового сирийского вождя Ахмеда аш-Шараа.

Алексей Макаркин

t.me

! Орфография и стилистика автора сохранены