Все еще в тени забвения и игнорирования

Хотя Румыния профашистского диктатора Иона Антонеску была важным участником Холокоста в Восточной Европе, сегодня в румынском обществе, в научных кругах, а также на уровне государственной политики существует своего рода табу, когда речь заходит о преступлениях против евреев в Восточной Румынии и на оккупированных территориях во время Второй мировой войны.

После падения режима Чаушеску и возрождения Румынии как демократического и подлинно европейского государства, правда об антиеврейских погромах в Яссах и Бухаресте была в значительной степени раскрыта, появился ряд исследований о масштабах антисемитизма как социального и политического явления, был реализован ряд мер, направленных на восстановление исторической памяти о жертвах, а также о выживших и т.д.

В то же время следует сказать, что преступления, совершенные румынской армией непосредственно, а также в соучастии, во время Второй мировой войны, в Одессе и так называемом Приднестровье, остаются как бы забытыми страницами. Возникает ощущение, что Румыния как бы не хочет брать на себя всю ответственность за преступления, совершенные на нерумынских территориях, куда она депортировала и привозила евреев из Бессарабии, Северной Буковины, а также с территорий за пределами румынского государства – и где она подвергала их принудительному труду и массовым убийствам.

Важной деталью, характеризующей степень участия Румынии в Холокосте, является то, что уже в 1941 году, когда произошла резня в Богдановке (сегодня это Украина), Румыния обогнала Германию по количеству убитых евреев.

Только благодаря независимым усилиям Института Эли Визеля, а также румынских и еврейских историков и исследователей из Румынии, Республики Молдова и Одессы удалось частично пролить свет на эти позорные страницы румынской истории, за которые Румыния, безусловно, раскаялась, но все еще не делает достаточно для их популяризации в обществе и не проводит политику, направленную на поощрение научных и исторических исследований.

Долгое время, да и сейчас, в Румынии, государстве, которое, к сожалению, не смогло победить в борьбе с антисемитизмом, доминировали противоречивые историографические взгляды на румынский Холокост. Они основывались на теориях и заговорах "иудео-большевизма". Кроме того, история писалась и продолжает писаться в соответствии с межвоенными националистическими идеологиями, в период которых зародился самый шовинистический тип антисемитизма, а объективная историческая наука с трудом преодолевает анахронизм так называемой титульной нации.

Некоторые историки идут еще дальше – они открыто оправдывают Холокост, говоря, что евреи Бессарабии, Северной Буковины, Приднестровья и Одессы отличались от евреев Румынии / остальной Румынии тем, что были носителями русского или украинского языков, а значит, автоматически являлись агентами НКВД или пособниками Красной армии. Лингвистический аргумент очень активно используется сегодня теми, кто либо отрицает румынский Холокост, либо оправдывает его в той или иной форме.

Конечно, верно и то, что в действительности не было трехстороннего сотрудничества между Румынией, Республикой Молдова и Украиной в исследовании Холокоста на Востоке. Здесь можно ссылаться на различные политические причины. Не менее верно и то, что даже незаконный сепаратистский режим в Тирасполе не допускает и ограничивает доступ исследователей, заинтересованных в проведении объективных исследований в регионе Молдовы, неофициально оккупированном Россией.

Некоторые из бывших нацистских лагерей смерти бывшего "Transnistria Governorate" (1941-1944 гг.) находятся на территории Украины. Украина предприняла ряд усилий, чтобы взять под защиту территории, на которых были совершены преступления, украинские историки также проводят исследования, но, как и в случае с Румынией и Молдовой, этого недостаточно из-за отсутствия координации. Самое важное для общего исторического восстановления – это сотрудничество между исследователями трех стран, между министерствами культуры и образования Румынии, Украины и Молдовы.

Следует также сказать, что Румыния – не единичный случай, когда речь идет об отсутствии или очень слабом внимании к ответственности за Холокост, совершенный за пределами ее национальной территории, – в случае с Беларусью наблюдается аналогичная ситуация, когда эстонцы, литовцы и латыши участвовали в массовых убийствах белорусских евреев.

В то же время существует и юридическая проблема, поскольку очень немногие из тех, кто несет ответственность за Холокост, будь то солдаты низшего или высшего звена, были осуждены за военные преступления в Румынии. Так называемая "народная" (коммунистическая) система правосудия в Румынии, привнесенная советскими танками, в полной мере показала свою "эффективность". В основном заслуженное наказание получили только политические лидеры, включая Иона и Михая Антонеску, а также несколько румынских генералов, но остальным удалось скрыться, либо они вообще не были известны или расследованы, вернувшись домой с самопровозглашенным званием так называемых героев войны.

В то время оккупационная коммунистическая система правосудия была больше занята ликвидацией интеллигенции, демократических и либеральных партий и очень мало занималась расследованием виновных в румынском Холокосте.

На территории нынешней Республики Молдова, Румыния заботится о финансировании и уходе за кладбищами и могилами румынских солдат, павших в 1941 году в боях за освобождение Бессарабии, оккупированной годом ранее СССР по одиозному пакту Риббентропа-Молотова. Я считаю, что такое же внимание должно быть уделено и евреям, погибшим во время Холокоста, и их кладбищам. Прошлое Румынии, особенно такое болезненное, как Вторая мировая война, не должно основываться только на подчеркивании национальной храбрости и мужества, но и принятие на себя ответственности за преднамеренные преступления или ошибки, потому что, в конце концов, мы должны говорить о политике общей памяти.

Константин Дикусар