Император Тиберий испытывал такой страх покушения, что из Рима в 27 году переехал на неприступный остров Капри, похожий на гигантское окаменевшее доисторическое животное, поднявшееся из Тирренского моря глотнуть воздуха. Тиберий расставил посты на кручах по всему острову, особенно с юга, где спуск был более пологий, и без ведома его преторианцев ни единая лодка не могла причалить к берегам. Всех жителей (рыбаков) он с острова выселил.
Но все равно не было Тиберию покоя. Он приказал построить на небольшом острове 12 дворцов и даже ближайшие слуги не знали, в каком дворце в какой день он решит переночевать.
Рассказывают, что страх заставлял его много пить и искать забвения в вечеринках с растленными детьми – не потому, что они ему нравились больше взрослых, а потому что взрослых он больше опасался.
Редких гостей из Рима он водил по своему прекрасному парку на обрыве, приглашал полюбоваться видом на Неаполитанский залив, а потом мог подвести к острому краю, столкнуть и смотреть, как человек окрашивал кровью скалу, думая, что "нет человека и нет проблемы". Он подозревал уже абсолютно всех...
Это хорошо понимал испуганный прокуратор Иудеи.
Помните?
"− На свете не было, нет и не будет никогда более великой и прекрасной для людей власти, чем власть императора Тиберия! − сорванный и больной голос Пилата разросся.
Прокуратор с ненавистью почему-то глядел на секретаря и конвой."
И мы знаем, ПОЧЕМУ. Страх – отец ненависти.
Историки и современники по-разному оценивают личность и заслуги Тиберия. Известно, что в его правления был распят Иисус из Назарета, а также известно, что Тиберий стал "автором" первого в Европе изгнания евреев. Из Рима в 19 году было изгнано 4000 тысячи иудеев на Сардинию (тогда – дикий остров, населенный кровожадными морскими разбойниками).
Итак, наступил март 37 года. Римским императорам всегда не везло в марте. Тиберию к тому времени исполнилось 78 лет. По классике жанра, тиран, который с легкостью расправлялся даже с надоевшими любовниками-детьми (их, как щенков, сталкивали со скал Капри), неимоверно страшился смерти, однако его эффективно успокаивал личный астролог Фрасил (который однажды правильно предсказал его императорство). Фрасил, изучив звезды, объявил, что он будет жить еще очень и очень долго (не 150 лет, но что-то около того). Возможно, так бы оно и было: несмотря на излишества, Тиберий никогда ничем серьезно не болел. В марте его позвали в Рим совсем уж неотложные дела. И вот, он покидает на время неприступный свой остров Капри (где даже зазевавшаяся чайка над любым из 12 дворцов могла быть сбита преторианской стрелой, шучу). Конечно, Тиберий не жил в Риме, потому что смертельно его боялся. И не без оснований. Но астролог ведь пообещал, что все у него впереди. По пути император остановился в Кампаньи, на вилле знаменитого Лукулла. Естественно, пир. "Власть - это волк, которого я держу за уши", – любил говаривать император. Так им всегда кажется. Тиберий не знал, что на пире присутствовали представители амбициозной недовольной элиты, давно считавшие, что старичок и засиделся, и зажился. Среди них, Калигула, первый кандидат на императорство и префект преторианцев Макрон (нет, не родственник). Естественно, императору во время торжественного лукуллова пира говорилось только то, что он хотел слышать. Да-да, конечно, волк, конечно, держите за уши, ваше богоподобие!
В спальне Тиберий почувствовал озноб и попросил принести еще одно одеяло и подушку. Принесли. Подушку. Сам Макрон.
Больше живым Тиберия никто не видел, сказали, что умер от сердца и старости, а императором автоматически становился Калигула.
Что тут началось, когда известие достигло Рима!
"Тиберия - в Тибр!"- радостно вопил весь Вечный город, высыпавший на улицы, когда стало можно, когда страх перестал держать их за горло.
Интересно, что присоединился к ним и Сенат, до этого тоже провозглашавший коллективно, что "на свете не было, нет и не будет никогда более великой и прекрасной для людей власти, чем власть императора Тиберия".
Интересно, что даже божественность покойного императора, как было принято, Сенат объявлять не стал. На дворе стоял 14 год.
Калигула, занявший римский трон, оказался еще более каторжным и кровожадным. "Мне можно все в отношении всех" – провозгласил он, и подвергал самодурным репрессиям не только простых патрициев и других граждан, но и сенат. Более того, он явно вел себя неадекватно. Например, после многомесячного перехода к берегам Британии, он заставил легионеров, после высадки, ходить по Дуврскому пляжу и собирать ракушки "дань у Нептуна", и, после чего приказал отплывать. Можно только удивляться, как флотские центурионы удержались, чтобы не отправить его к Нептуну прямо в Британии. К тому же, Калигула не же просто провозгласил себя бессмертным богом, как остальные императоры делали в идеологических целях, но и действительно в это поверил.
Утром, 24 января 41 года, Калигула посетил театральное представление мальчиков из Азии (которое ему понравилось) и шел в свои покои на завтрак по подземному коридору, в сопровождении охраны из огромных германцев. И опять, представители доведенной до предела элиты –всадники (патрицианское сословие). Меч Кассия Херейи рассек Калигуле голову, тут подоспел и Корнелий Сабин. Германцы, видимо, защищали императора без энтузиазма или были подкуплены.
Народ опять, когда стало можно, высыпал ликовать на Форум, а преторианская "нац.гвардия" провозгласила следующего императора – Клавдия, который считался инвалидом и безопасным. Как выяснится, все это была удачная стратегия выживания умного, книжного мальчика (он потом сделает римской Британию).
В общем, ленинская формула революционной ситуации: "верхи не могут, низы не хотят", может быть дополнена деталями: "или подушка, меч, табакерка, шарфик, выстрел Каплан, и, наконец, Чейн-Стокс".
И классика жанра. Никто из "бессмертных" и "богоподобных" не уходит живым.
Dixi.
! Орфография и стилистика автора сохранены
